Игорь Честин: «Олимпийский талибан»

Автор: Игорь Честин, директор WWF – Россия.

Вернулся на днях из Сочи, где международные эксперты проводили оценку представленного Россией предложения по расширения объекта Всемирного природного наследия «Западный Кавказ».

Места эти действительно уникальны – на площади примерно 60х50 километров нет ни одного населенного пункта, ни одной линии электропередач, ни одной дороги, кроме нескольких старых тупиковых волоков. Все передвижение пешком или верхом по тропам. Просто чудо, что на сравнительно густонаселенном Кавказе сохранился такой островок. Мне посчастливилось работать там 8 полевых сезонов в 1980-х годах, когда я собирал материал для диссертации по экологии бурых медведей. Это единственное место, кроме африканских саванн, где мне доводилось встречать по несколько сотен зверей за день – оленей, туров, серн, кабанов, зубров, медведей. С юга от границы заповедника практически до моря простирается Сочинский национальный парк, куда осенью спускаются заповедные животные на кормежку – в заповеднике очень мало основных кормовых лесов, букняков и каштанников.

Кавказский заповедник и некоторые региональные заказники в Республике Адыгея удостоились чести включения в список Всемирного наследия в 1999 году. С тех пор международными экспертами ведется независимый мониторинг их состояния.

2393298

Объекты Всемирного наследия предлагаются к включению в международный список странами-участницами конвенции о Всемирном наследии ЮНЕСКО (1972), в которой участвуют 190 стран. Всего в мире зарегистрировано 1032 объекта в 160 странах, из них 197 природных, 802 культурных и 32 смешанные. В России 27 объектов Всемирного наследия, в том числе московский и казанский Кремли, Кижи, Соловки, Суздаль, Сергиев Посад, а также «Золотые горы Алтая», озеро Байкал, вулканы Камчатки и другие.

Практически сразу после включения заповедника в список Всемирного наследия властями то Республики Адыгеи, то Краснодарского края предпринимались попытки, в основном, правда, вялые, построить «что-нибудь туристическое»в его северной части на плато Лагонаки. Но настоящая угроза пришла с Олимпиадой. На южной границе заповедника в долине реки Мзымта (Сочинский национальный парк) было решено построить санно-бобслейную трассу, горную олимпийскую деревню и биатлонный комплекс. Хотя сам заповедник и не планировалось застраивать, все эксперты, хоть российские, хоть международные были единодушны – стройка разорвет миграционные пути животных и нарушит целостность объекта наследия. Это все равно, что вокруг Кремля все застроить многоэтажками – вроде и Кремль остался, а посмотреть не на что.

Два тяжелейших года ушло на то, чтобы доказать сначала экспертам, потом спортивным организаторам, потом чиновникам, что объекты надо размещать в других местах. Приезжали специальные миссии ЮНЕСКО, Программы ООН по окружающей среде – все в один голос поддержали нашу позицию. Наконец, в июле 2008 г. председатель правительства В. Путин провел совещание, где я докладывал про ценность территории, и было принято решение объекты перенести. Более того, для обеспечения сохранности этих территорий Россия взяла на себя обязательство в рамках экологического сопровождения Олимпиады расширить территорию Кавказского заповедника, а также включить особо охраняемую и заповедную зоны Сочинского парка в границы объекта Всемирного наследия.

До конца 2014 года ничто не предвещало худого – документы на расширение заповедника готовились и вносились в правительство, номинация на расширение объекта Всемирного наследия была подготовлена и подана в ЮНЕСКО. И тут – на тебе. Документы на расширение заповедника возвращаются в Минприроды России. Заместитель председателя правительства Д. Козак дает Минприроды поручение внести изменения в положение о заказнике (который как раз и предполагалось присоединить к заповеднику), а также в зонирование Сочинского парка, которые позволили бы развивать там инфраструктуру и строить очередные курорты. А пролоббировали это поручение две компании – принадлежащий В. Потанину курорт „Роза-Хутор“ и принадлежащий „Газпрому“ курорт „Лаура“. Компании, закредитованныев рамках Олимпиады из российского бюджета на десятки миллиардов рублей и не собирающиеся их возвращать.

Летом 2015 года Минприроды разместило на портале regulations.ru, где положено размещать проекты всех нормативных правовых актов, проекты новых положений, и экологи оторопели. Посыпались обращения в министерство от ученых и общественных организаций. В сентябре проекты новых положений были рассмотрены Общественным советом Минприроды, объединяющим ведущих ученых-экологов страны. Мнение Совета было однозначным и единогласным – нельзя допускать застройку уникальных экосистем, а значит, представленные проекты положений должны быть отклонены.

Однако во время миссии ЮНЕСКО, приехавшей оценить предложения по расширению объекта наследия в конце октября, представители Минприроды России сообщили, что заявка на расширение будет отозвана (!). Т.е. обещания, данные во время подготовки к Олимпиаде международному сообществу в лице Международного олимпийского комитета и Программы ООН по окружающей среде Российская Федерация более выполнять не собирается. А 30 октября, не дожидаясь отчета миссии ЮНЕСКО, министр природных ресурсов и экологии С. Донской подписал приказы об утверждении новых положений, разрешающих застройку уникальных территорий.

Вот так вот просто, как привокзальные наперсточники, правительство отказалось от исполнения ранее данных обещаний – и правда, чего уж там, Олимпиада-то прошла. „Кручу, верчу, обмануть хочу“. Интересно, понимают ли лоббисты застройки, что в первую очередь неисполнение „олимпийских“ обещаний бьет по репутации президента В. Путина, учитывая его глубокую личную погруженность в подготовку и проведение Олимпиады? Не говоря уже о том, что именно Путин принял решение о переносе олимпийских объектов с участков, предлагаемых к застройке? А как с Чемпионатом мира по футболу-2018, в рамках подготовки к которому тоже даются разные обещания? Кто же им теперь поверит?

Что-то частенько в последние годы люди стали разрушать объекты Всемирного наследия. То талибы в Афганистане разрушают Бамианские статуи Будды, то боевики запрещенной в России ИГИЛ взрывают сокровища Пальмиры, то господа В. Потанин и А. Миллер решают „отрубить“ кусочек объекта „Западный Кавказ“. Причем как Бамианские статуи и сокровища Пальмиры были созданы задолго до и без всякого участия радикальных исламистов, так и природа Кавказа не принадлежит и не была создана чиновниками и бизнесменами, определяющими сейчас ее судьбу.

Радикальные исламские группировки были созданы когда-то спецслужбами, а сейчас продолжают самостоятельную жизнь, наводя ужас на весь остальной мир. В России пренебрежение законом по принципу „если нельзя, но очень хочется, то можно“ развилось в рамках подготовки к Олимпиаде, выведенной из правового поля нашей страны. Нельзя проводить в национальных парках массовые соревнования – теперь будет можно. Нельзя вырубать деревья, занесенные в Красную книгу – теперь будет можно. Нельзя уничтожать реку, где нерестится 20% всего черноморского лосося – теперь будет можно. Олимпиада кончилась, а привычка кроить законы в интересах проектов даже гораздо меньшего масштаба осталась. Этот правовой нигилизм и культ разрушения, похоже, и являются главным наследием Олимпиады.