На первой панели форума речь шла об охлаждении отношений с Западом и экономических санкциях.  К дискуссии под названием «Россия и евроатлантические экономические партнеры. Каковы шансы на запуск новой стадии отношений?» были приглашены представители европейского и американского бизнеса. Но некоторые из них в Сочи так и не приехали, что можно считать косвенным свидетельством того, что если шансы на запуск новых отношений и есть, то в ближайшей перспективе их можно разглядеть с трудом.

Вот вы упомянули, была ли раньше трава зеленее. Она была лучше покрашена. И когда пришел шторм, быстро эта краска зеленая с травы сошла, к сожалению.

Модератором площадки выступил президент «Деловой России» Алексей Репик, который предложил говорить не о том, что «раньше деревья были выше, трава зеленее, товарооборот больше, а подумать о том, мы можем сделать в существующей реальности и как прийти к новой нормальности, не апеллируя к тому, что нужно вернуться в прошлое».

По словам Репика, противовесом «подмороженной» внешнеполитической конъюнктуре должна стать бизнес-дипломатия.


— В наших силах подавать сигналы, что ни одной из стран торговые ограничения и санкции на пользу не идут, —
сказал он.

В ответ на это заместитель министра иностранных дел России Алексей Мешков сказал, «надежда умирает последней, но не надо надеяться, надо действовать».

— Вот вы упомянули, была ли раньше трава зеленее. Она была лучше покрашена. И когда пришел шторм, быстро эта краска зеленая с травы сошла, к сожалению.  Причина тут базисная, и заключается она в том, что идет формирование нового мироустройства. Мир движется от системы доминирования одной группы стран к более полицентричному миру, где появляются серьезные игроки на мировой арене. И, конечно, такие вещи безболезненно не происходят, — объяснил Мешков.

Далее дипломат сказал, что вовсе не события на Украине стали импульсом к ухудшению отношений с Европейским союзом, который, во многом, сам во всем виноват.

— Посмотрите последние решения Евросоюза по энергетике, где России вообще места не находится! – пояснил Мешков.  — Это показывает, как не мы, а наши партнеры задействовали энергетический фактор в политических целях.

Из высказываний замруководителя МИДа стало понятно, что о скорой «разморозке» речь не идет, а пока можно рассуждать лишь «о подготовке к движению вперед» в отношениях между Россией  и Западом, которые в будущем должны сильно поменяться.

— Мы убеждены: возвращаться не только не надо, но и нельзя – к той системе ханжеских, если так можно сказать, отношений, которые у нас были. Нам нужны прагматические отношения, где мы могли бы четко говорить друг другу в глаза то, что мы думаем, — сказал дипломат, добавив, что «Россия не та страна, которую можно изолировать».

Мы понимали, что ряд стран, прежде всего западных стран, будет оказывать на нас давление, как политическое, так и экономическое, и сознательно выбрали этот путь.

Присутствующие европейские бизнесмены пожаловались на вред санкций и убытки, выразив уверенность, что рано или поздно эта экономическая война будет закончена. Американцы добавили подробностей.

— Нашему бизнесу санкции совершенно не на руку, они нам не нравятся. Мы предпочитаем другие методы решения споров, нежели насильственные. Но при выборе тактики лоббирования мы считаем, что публичные выступления на эту тему только навредят, и, соответственно, мы свои разговоры ведем за закрытыми дверями, — сказал президент Американской торговой палаты в России Алексис Родзянко.

Впрочем, его коллега, президент Американо-Российского делового совета Дэниел Расселл добавил, что, в конечном счете, последнее слово останется за политиками, а бизнесмены лишь последуют за их решениями.

Присутствие на Сочинском форуме представителей иностранного бизнеса воодушевило премьер-министра России Дмитрия Медведева. Выступая на пленарном заседании, он сказал, что «даже в сложные периоды межгосударственных отношений бизнес должен и может находиться вне политики».

Что же касается ситуации в экономике страны, то тут председатель правительства, с одной стороны, связал существующие проблемы с тенденциями во всем мире, где темпы роста «остаются не очень высокими», а с другой — со стремлением Запада «ограничить участие России в построении нового мирового экономического порядка».

 — Но если цены на нефть в принципе слабо поддаются прогнозированию, то цена наших политических решений изначально была известна. Мы понимали, что ряд стран, прежде всего западных стран, будет оказывать на нас давление, как политическое, так и экономическое, и сознательно выбрали этот путь, — заявил Медведев.

Бизнес-климат в России по-прежнему оставляет желать лучшего. Пока мы его радикально не изменим, мы будем терять и инвестиции, и доходы, и темпы развития, и интеллектуальный потенциал.

Однако  в этих новых экономических условиях правительство находит немало плюсов. Перемены пугать не должны, сказал премьер-министр, ведь «в них кроются колоссальные возможности для развития, и мы эти возможности неплохо видим».

Медведев провозгласил четыре основных направления развития. Про два из них, которые носят вполне очевидный характер, говорят уже не первый год, а именно про отказ от сырьевой экономики и повышение качества государственного правления. Сейчас к ним добавилось еще две вынужденные меры – усиление импортозамещения и сокращение бюджетных расходов.

Говоря о низкой инвестиционной активности в реальные секторы экономики, Медведев опять попенял на нестабильность в мире, но в то же время признал, что и у нас есть проблемы с давлением государства на малое и среднее предпринимательство.

— Бизнес-климат в России по-прежнему оставляет желать лучшего. Пока мы его радикально не изменим, мы будем терять и инвестиции, и доходы, и темпы развития, и интеллектуальный потенциал. Ведь именно бизнес, в том числе малый и средний, является основным генератором новых идей и технологий и даёт работу, даёт заработок миллионам людей. Государство никогда не сделает столько, сколько способен сделать бизнес, и к этому стремиться не должно, — сказал премьер-министр.

Улучшать бизнес-климат правительство собирается при помощи государственной корпорации по развитию малого и среднего предпринимательства, которая должна стать центром финансово-кредитной поддержки. Кроме того, власти обещают до конца года упростить бизнес-регулирование по 11 направлениям и сократить перечень оснований для внеплановых проверок в отношении малых предприятий. Упомянул Медведев и роль личностей руководителей регионов в деле создания благоприятных условий для ведения бизнеса.

Сейчас начался, если так можно сказать, парад обращений – запретить ввоз всего: импорт одежды, кондитерских изделий, старых машин, механизмов.

— В одних регионах предприниматели по понятным причинам чувствуют себя комфортно, а в других — бизнес еле выживает или находится в задавленном состоянии. Федеральный центр поделился с регионами полномочиями по формированию бизнес-климата. В России, к сожалению, эффективность государственного менеджмента пока определяется не только чёткими правилами, но и в значительной степени личностью того человека, кто должен эти правила исполнять (то есть попросту того, кто занимает руководящее кресло), ещё раз хочу об этом напомнить, — сказал премьер.

Как оказалось,  Краснодарский край не входит в число лидеров в рейтинге инвестиционной привлекательности. Самые высокие оценки получили  Республика Татарстан, Калужская, Белгородская, Тамбовская и Ульяновская области.

Импортозамещение, по словам Дмитрия Медведева, стало важнейшим элементом структурных реформ в экономике, и цели тут ставятся чрезвычайно амбициозные. Возвращение российских товаров на наш рынок – это только первый шаг. Задача-максимум заключается в том, чтобы отечественная продукция была конкурентоспособна и вышла на внешние рынки. В правительстве пообещали помогать бизнесу, но и напомнили, что конкуренцию никто не отменяет, «даже в такой неприятный период».

— Тем более что о тотальном замещении импорта, я тоже хотел бы об этом специально сказать, речь не идёт. Мы люди вполне здравые. Сейчас начался, если так можно сказать, парад обращений – запретить ввоз всего: импорт одежды, кондитерских изделий, старых машин, механизмов. Знаете, коллеги, полный уход импортных товаров с нашего рынка, может, и даёт дополнительный шанс нашим, российским производителям, но мы не можем создавать стерильные условия, это будет расхолаживать и, в конечном счёте, бить по качеству товаров и, конечно, гарантированно приводить к повышению цен, — пояснил Медведев.

Слон – это мышь, которая изготовлена по правительственному заказу.

Импортозамещение — процесс не быстрый и возможен только при совершенствовании

политических институтов, судебной системы и  устранении бюрократического прессинга, считает премьер-министр.

Содержание огромного количества контрольно-надзорных органов не только не по карману России, они просто мешают, признал Медведев и пообещал их оптимизацию. Да и в целом,  государство играет доминирующую роль, и тут «ситуация далека от идеальной».

— Очень часто государственные затраты огромны, всё то, что делается, напоминает апокалиптические взгляды известных фантастов, таких как Роберт Хайнлайн, который когда-то сказал довольно красивую фразу о том, что «слон – это мышь, которая изготовлена по правительственному заказу». Вот мы таких «слонов», конечно, создавать не должны, считает он.

Государство больше не имеет морального права ухудшать права граждан в ходе очередного прорыва вперёд.

В итоге премьер обрисовал свое видение идеального государственного аппарата в России: он должен быть компактным, эффективным и прозрачным.

И последнее, четвертое направление усилий правительства – ужесточение расходной части бюджета страны, который сильно похудел в результате падения стоимости нефти. По словам Дмитрия Медведева, защищёнными статьями бюджета остаются международные обязательства, обеспечение обороноспособности и безопасности, поддержка сельского хозяйства и, конечно, исполнение социальных обязательств.

— При любом развитии событий – хочу подчеркнуть это ещё раз – социальные обязательства как выполнялись, так и будут выполняться. На переломных исторических этапах мы совершали слишком болезненные для людей скачки (я имею в виду прежние исторические эпохи), и поэтому государство больше не имеет морального права ухудшать права граждан в ходе очередного прорыва вперёд, — заявил премьер.

В остальном же власти будут сокращать затраты, в некоторых секторах это уже удалось сделать на 10% и более. Государство теперь будет более осторожно инвестировать в инфраструктурные проекты. И если все получится, то дефицит бюджета страны в следующем году не превысит 3%. Только в этом случае власти смогут сдержать данное бизнесу обещание не повышать налоги.

Скажем, вложения в человеческий потенциал полагают необходимыми как приоритетные 66% опрошенных экспертов Правительства, две трети, но только 6% полагают, что так будет.

Дмитрий Медведев завершил свое выступление цитатой учёного Александра Белла, «который говорил, что, когда одна дверь закрывается, открывается другая, а мы часто с таким жадным вниманием смотрим на закрывшуюся дверь и совсем не замечаем дверь открывшуюся».

— Что я хочу сказать? Вот дверь в новую реальность перед нами, и только от нас, от нашей с вами общей работы зависит то, какой будет эта новая реальность. В конечном счёте,  именно мы с вами эту реальность и формируем, — сказал он.

Как выяснилось далее, у экспертного сообщества есть некоторые сомнения в том, что государство сможет эффективно сформировать новую экономическую реальность в России. Об этом рассказал  декан экономического факультета МГУ Александр Аузан, который входит в коллектив разработчиков программы «Стратегия-2030». Главный вопрос – откуда взять деньги для инвестиций в теряющую силу экономику страны? Оказалось, что эксперты видят главный их источник в населении, которое владеет 31 трлн рублей, что в три раза больше сбережений государства. Конечно, власти рассчитывают на привлечение этих средств, но эксперты считают наиболее вероятным сценарием усиление государственного капитализма. Такая парадоксальная ситуация, по словам Аузана, наблюдается по всем пунктам – то, что эксперты считают наиболее желательным для экономики, в том числе и все то, о чем только что говорил Дмитрий Медведев, видится им наименее вероятным сценарием развития событий. Приоритеты экспертного сообщества тут явно расходятся с приоритетами государства.

— Скажем, вложения в человеческий потенциал полагают необходимыми как приоритетные 66% опрошенных экспертов Правительства, две трети, но только 6% полагают, что так будет. А по вложениям в оборонно-промышленный комплекс -наоборот: только 17% считают, что это важно (все считают, что это важно – речь идёт о приоритетности), но 59% считают, что они будут расти, — пояснил декан экономфака МГУ.

Проблема в том, что государство принимает решения, ориентируясь на краткосрочную перспективу – от одного до трех лет. А в таких временных рамках невозможно судить о положительных эффектах от инвестиций, например, в такие области, как здравоохранение или образование. Александр Аузан заключил фразой, которая ходит среди экономистов, занимающихся проблемой модернизации российской экономики: «Тот, кто хочет получить всё и сразу, получает ничего и постепенно».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.